g_lioness | Лирическая нетленка

Занками навеяно...

Легенда о Потерявшихся

— Ура! Купаться!!!

— Ма-ам, ну еще немножко!

— Смотри, смотри — стрекоза!

Полная женщина с усталой кожей опускается на траву. Да, конечно, можно еще немножко. И какая замечательная стрекоза. И еще эти солнечные зайчики на воде. И весь этот желто-зелено-июльский день. И ближайшие две недели, когда будет солнце на пятнистой сосновой коре, и пескари на отмелях, и смоляной запах леса, и облака в жарком небе. А когда младшие набегаются и уснут, они вдвоем пойдут на берег, под звезды. Время от времени звезды будут падать, и она загадает желание. Она каждый год загадывает одно и то же. Пускай глупо, пускай невозможно…

…Упала последняя звезда, а остальные растворились в темно-синем небе, так что оно стало вначале молочно-серым, а затем – розово-голубым. Сквозь сосновые иглы пробрались первые горячие лучи. Вниз, к реке, покатились клочья тумана.

На широкой ветке, среди хвои, засыпала маленькая дриада. Она перевернулась на живот, потянулась и попросила:

– Ма-ам! Расскажи еще раз о Потерявшихся!

Та, к которой она обращалась, мягко стекла по стволу, откинула за уши золотисто-зеленые волосы и удобно устроилась в развилке между сучьями.

– Раз в году, летом, в наш край приходят Потерявшиеся. Никто не знает, откуда они берутся и куда уходят. Потерявшиеся похожи на нас, но они… другие. Чужие нам. И всё им здесь чужое. Они ранят ноги о корни и камни. Они могут захлебнуться в реке. Их кусают комары и муравьи. Их кожу жжет солнечный свет. Ни лес, ни вода, ни воздух не принимают их.

Но Потерявшиеся этого не замечают. Днем они купаются, ловят рыбу, хохочут и кричат на весь лес, а ночами поют песни у костров. На какое-то мгновение им кажется, будто мир и они — одно целое. Они загадывают желания, глядя на падающие звезды, и бросают в реку монетки, чтобы вернуться следующим летом. Но звезды не выполняют желаний — они просто падают. А монеты засасывает песок и ил.

Потому их и зовут Потерявшимися — потому что они потеряли свой мир. Наш с тобой мир. Они мечтают вернуться. Им кажется, что вот-вот лопнет какая-то тонкая пленка, и все встанет на свои места. Оттого они и смеются. Но это все равно, что пытаться войти в лес, отраженный в реке: то, что кажется тонкой пленкой, на самом деле всего лишь поверхность воды. Оттого в глазах, на самой глубине, у них печаль.

Но они вернутся. Позже и иначе. Они это называют — в другой жизни. А мы говорим — просто в жизни. В настоящей жизни.

— А вдруг они и в другой жизни тоже потеряются? Вдруг они так никогда и не найдут дорогу?

— Конечно же, найдут. И вернутся. Вернулись же мы с тобой.